Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ спецпроект
Санкт-Петербург +9 погода в Петербурге
Доллар 64.21
Евро 70.68
Юань 9.15

Урок толерантности

 Родители учеников одной из столичных школ потребовали убрать из классного альбома фото девочки с синдромом Дауна. Однако скандальная история не столь однозначна и может повториться в любой момент в любом месте

Не наша Маша

Скандал в московской школе № 1392 им. Д. В. Рябинкина который день не выходит из топовых новостей - тема оказалась крайне болезненной и актуальной. Напомним, в классном альбоме 4 «В» из-за ошибки фотографа появилось фото 7-летней дочки классной руководительницы Марины Валерьевны. Половина родителей потребовала убрать фотографию, вполне толерантно мотивируя это тем, что девочка не является одноклассницей их детей, да и вообще в этой школе не учится. Правда, в соцсетях родители якобы возмущались присутствием особой девочки в их классе в принципе, считая, что особые дети должны учиться в особых школах.

Семилетняя Маша появилась в начале учебного года вместе с новой учительницей - своей мамой. Из семьи ушла няня, ребенка некуда деть, поэтому педагог стала брать дочку с собой в класс. Нельзя сказать, что московские родители оказались столь агрессивны, что без причин ополчились на маленькую девочку и ее маму - все-таки сейчас мало кто хочет заслужить имидж фашиста.

А вот далее мнения разнятся: одни родители уверяют, что девочка сидела в классе за последней партой тихо, молчала и никому не мешала. Другие же говорят, что 7-летняя Маша была непослушной, дергала девочек за волосы, толкалась. Кроме того, появление особого ребенка среди четвероклашек мешало учебному процессу.

«Ребенок отвлекает ее внимание. Так как это ее дочка, она пытается ее успокоить и отвлекается. Ребенок встает, ложится на пол, ходит по классу, разговаривает, стучит во время уроков. Я видела это сама из приоткрывшейся двери. Во время урока она давила партой девочку, которая сидела впереди нее. А преподавательница делала вид, что ничего не происходит», - цитирует слова одной из мам, Анастасии Артемовой, «Лайфньюс».

Однако руководство школы, которая, кстати, считается учебным заведением с инклюзивной формой обучения, судя по всему, предпочло в ситуацию не вмешиваться. По словам директора школы, которые сейчас активно цитируют СМИ, «ситуация сильно преувеличена» и вызвана не тем, что особый ребенок не устроил кого-то в классе, а исключительно ошибкой фотографа. Якобы учительница попросила сфотографировать их с дочкой отдельно, а мастер не понял и разместил фото Маши вместе с учениками 4 «В». После этого кто-то из родителей даже назвал фотографию класса с портретом ребенка с синдромом Дауна «фотографией с браком».

«Просто было обращение, что просят отредактировать фото класса и включить в состав только четвероклассников. Никакого негативного отношения к ребенку Марины Валерьевны не существовало и не существует», - комментирует директор школы. Более того: директор сообщил, что мама Маши готовит документы для зачисления девочки в 1 класс этой же школы, а пока для ребенка найдена няня.

Однако в кулуарах поговаривают, что дети действительно оказались абсолютно неподготовленными к появлению в их инклюзивной школе особого ребенка. И для них маленькая Маша явилась объектом для насмешек и поводом для селфи с необычной одноклассницей.

«К ней приставали и ее били. Потому что она их тоже била. Дергала за волосы», - рассказал в эфире 5-го канала Сандро Чантурия, ученик 4-го класса «В» школы № 1392.

Как хорошо быть толерантным

Конечно же, сразу после огласки этой неприятной истории в ситуацию вмешались правозащитники. Уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ напомнил на своей страничке в Twitter Павел Астахов ‏@RFdeti о том, что «земля круглая»: «Родители школьников, заявившие о “нежелании видеть больного ребенка”, очень рискуют со временем также стать “нежеланными”. Жизнь круглая!» По его словам, он уже обсудил ситуацию с департаментом образования, а маме Маши и даже самой Маше предложил перейти на работу в его аппарат.

Обмудсмен не без пафоса говорит о том, как «прекрасно, когда такая девочка Маша находится в классе». И он, безусловно, прав, говоря, что разным детям придется жить в одном обществе, что детей необходимо воспитывать в духе милосердия и толерантности и что «кроме понимания собственного счастья должно быть понимание того, что человек, которому дано больше, чем другим, должен отвечать за тех, кто слабее или болеет. Если мы этому детей не научим, то мы потеряем еще поколение». Но пока, к сожалению, все эти умные и правильные слова не очень вписываются в нашу реальность.

Закон «Об образовании» требует создания системы инклюзивного обучения, то есть интеграции детей-инвалидов в массовые школы. Однако, как признают чиновники, к каждой такой интеграции надо подходить индивидуально

Закон «Об образовании» требует создания системы инклюзивного обучения, то есть интеграции детей-инвалидов в массовые школы. Однако, как признают чиновники, к каждой такой интеграции надо подходить индивидуально.

«Для кого-то достаточно безбарьерной среды, для другого необходимо специальное психолого-педагогическое сопровождение. У нас есть случаи, когда дети с синдромом Дауна учатся в обычной школе. Педагоги мотивированы, они знают, что мы будем смотреть», - говорит ведущий специалист отдела образовательных учреждений Комитета по образованию Петербурга Татьяна Прокопенко.

Эти слова были сказаны на пресс-конференции, посвященной как раз детям с синдромом Дауна, в начале 2014 года. Ни одно мероприятие на острую социальную тему об инклюзиве не обходится без обсуждений экстренного внедрения специальных обучающих программ для педагогов, специальных обучающих программ для детей и родителей, специальных обучающих программ для всего общества. Сомнительная мотивация грозным предостережением «мы будем смотреть» висят дамокловым мечом над школьными учителями.

Откровенней всего об этом говорит уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге Светлана Агапитова: «Мы двигаемся к цивилизованного обществу. Но, по нашим данным, “даунята” не очень справляются. Родители - герои, дети - солнечные, но проблем очень много».

По очень осторожным словам специалистов, которые каждую минуту боятся быть обвиненными в нетолерантности, инклюзивные программы нужны, скорее, для того, чтобы остальные дети понимали, как люди неодинаковы. А педагоги, едва не заикаясь от страха, признают, что если в обычном классе на каждого ребенка в среднем приходится по пять минут учительского внимания, то в классе с особыми детьми даже такая унылая статистика летит ко всем чертям.

В среднем на пятимиллионный Петербург каждый год рождается около 50 детей с синдромом Дауна. 85% из них впоследствии все-таки оказываются в детских домах, затем - в психоневрологических интернатах

«Это требует времени, быстро это не сделать», - твердят чиновники.

В среднем на пятимиллионный Петербург каждый год рождается около 50 детей с синдромом Дауна. 85% из них впоследствии все-таки оказываются в детских домах, затем - в психоневрологических интернатах (ПНИ), на жаргоне соцработников - «пнях».

Председатель общественной организации «Даун-центр» Тамара Солнышкова признает, что окружающий мир далеко не всегда настроен дружелюбно к «солнечным детям».

«Дети с синдромом Дауна могут посещать обычные детские сады, логопедические детские сады или коррекционные детские сады. Что касается школьного образования, то дети с синдромом Дауна посещают коррекционные школы VIII вида (для детей с нарушениями интеллекта). Принцип инклюзивного образования, когда дети с теми или иными отклонениями либо полностью, либо частично учатся вместе с обычными детьми, тормозится на многих уровнях».

Так что же делать? Внедрять реально действующие программы наподобие английской «Лучшие друзья», когда над особым ребенком в детсаду или школе тут же устанавливается опека всего коллектива. И дети из группы или из класса в очередь встают, чтобы помогать «особому» Майклу. И потом, увидев такого же мальчика в школе, уже не удивятся и не будут делать с ним селфи. Или иные зарубежные образцы - вариантов много.

Мы к этому, по словам Светланы Агапитовой, движемся, но очень-очень плавно. Например, по результатам опроса ВЦИОМ, в 2012 году только чуть больше половины (52%) опрошенных посчитали, что обучение детей-инвалидов наряду с другими детьми в обычных общеобразовательных школах не приведет к ухудшению качества предоставления образовательных услуг. Зато резко против высказались 35%. Остальные - в сущности, вполне милые и вовсе не злые люди, как и родители из столичной школы - предпочли подождать, пока государство создаст нужную среду для особых детей, технически оснастит учебные заведения и научит специалистов, способных не только ввести особого ребенка в обычный класс, но и наблюдать, и помогать ему и его одноклассникам все годы обучения. 

Материалы по теме
 
Человек города Человек города: Антон, начальник производства, 37 лет Как вы оцениваете уровень своего образования?
Комментарии
Яндекс.Метрика