Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ спецпроект
Санкт-Петербург +19 погода в Петербурге
Доллар 70.5
Евро 79.22
Юань 9.98

Александр Абросимов ответил читателям «Общественного контроля»

 Фото: Евгения Дылева Фото: Евгения Дылева Недавнее интервью главного эксперта Санкт-Петербурга по медико-социальной экспертизе Александра Абросимова корреспонденту ОК-информ «Не всем нужна инвалидность» вызвало эмоциональную реакцию читателей. Александр Абросимов решил ответить на наиболее острые комментарии: о дороговизне лекарств, коррупции в медицинских рядах, тернистом пути установления инвалидности и оправданности последующих освидетельствований, доступности бесплатного лечения

- Как я понял, недовольство связано прежде всего с системой организации медицинского обслуживания и лекарственного обеспечения, - сделал вывод эксперт на основании первых же читательских откликов. - Эти две позиции не единичны и очевидны.

Лечить и вылечивать

Первым отозвался на интервью некий Valentin Ivanov  из Санкт-Петербурга (здесь и далее грамматика сохранена): «Государство в последние 10 лет вложило огромные деньги в медицину. Огромные суммы были разворованы на закупках медицинского и прочего оборудования. Сейчас его используют коммерческие структуры при гос. мед. учреждениях. Доход мед. начальства запределен. На бесплатное обследование нужно ждать полгода, а за плату, там же, в день обращения!!! Далее, естественно медицина должна лечить и ВЫЛЕЧИВАТЬ. Но она не лечит (или залечивает) людей и отправляет на инвалидность в МСЭ. А это ведомство создано для недопущения увеличения количества инвалидов. Вот здесь и парадокс беспомощной системы медицины в РФ. Только трем пациентам изменили первичное решение при более сотни обращений. Даже в судах процент изменений первичных решений больше. Полный тупик... Выживай как сможешь... Денег нет, но вы держитесь...»

Очень часто протест вызывают не медицинские и экспертные решения, а системные беды, связанные с доступностью качественного обслуживания пациентов, у которых нет денег на платное лечение.

Александр Абросимов. Об этом говорят многие, и, когда начинаешь анализировать ситуацию, выясняется, что очень часто протест вызывают не медицинские и экспертные решения, а системные беды, связанные с доступностью качественного обслуживания пациентов, у которых нет денег на платное лечение. К слову, указаний не допустить увеличения количества инвалидов не было, нет и, думаю, не будет никогда.

Николай Дубицкий  (Самарская область): «Много слов, а где конкретика. Вот уже шестой год на инвалидности: инфаркт и диабет 2 группы. Три года пользовался льготными лекарствами, выдавали их на сумму около 900 руб. Часто получал не те, которые выписывал лечащий врач, слабо помогающие. Приходилось покупать нужные лекарства за свои деньги: всего около 2 000 руб. Отказался от льготных лекарств стал получать деньгами около 1 000 руб. в начале добавлял еще 1 000 хватало. Но год назад цены на лекарства резко пошли вверх - почти на 50%. Сейчас для приобретения тех же лекарств трачу более 3 300 руб., а добавки по инвалидности почему то нет. Каждый год приходится ездить в Самару на комиссию. Постоянную инвалидность не назначают наверно инфаркт и диабет у нас научились лечить. Вот на какие вопросы хотелось получить ответы?»

Александр Абросимов. Опять-таки - то, что человек не получает эффективных льготных лекарств, безусловно, проблема, как и то, что они дорожают. Также понятно, что сама по себе инвалидность ни от чего не лечит. Человек заботится о собственном здоровье - это нормально, и недоволен тем, что ему приходится снова и снова подтверждать инвалидность, дающую право на льготы. Но любой врач скажет, что состояние человека (даже если речь идет об ампутированных конечностях, ведь возможно протезирование) может меняться, поэтому проводится переосвидетельствование.

Любой врач скажет, что состояние человека (даже если речь идет об ампутированных конечностях, ведь возможно протезирование) может меняться, поэтому проводится переосвидетельствование.

Историю собственных мытарств, связанных с установлением диагноза, рассказал некий stas sta: «Месяц не могли определить диагноз... на протяжении месяца через каждые два дня на скорой увозили, ни одна больница меня не брала, а в туб. диспансер - только по направлению… Оказывается у меня еще менингит был, а время упустили. Сейчас хожу с тросточкой, в разные стороны бросает, координация нарушена… Не знаю дадут или нет инвалидность».

Александр Абросимов. То, что происходило с этим человеком до установления диагноза, чисто медицинский вопрос. Его возили из одного стационара в другой. Наконец поняли, что с ним. Был направлен на МСЭ - видимо, участковый терапевт настоял. Значит, пока человек в нашей службе не был, просто откликнулся на публикацию. В этом случае проблема опять же с организацией оказания медицинской помощи. Думаю, следует, как я это уже делал в предыдущих интервью ОК-информ, напомнить: если у вас возникли какие-либо проблемы, связанные с установлением инвалидности, пожалуйста, не поленитесь обратитесь на телефон горячей линии, напишите на сайт региональной службы МСЭ. Если же проблема возникла уже после принятия решения в филиале, есть возможность обратиться в контролирующее его региональное бюро и только далее - в Федеральное бюро МСЭ. Самые настойчивые заявители идут в суд, и нередко суды назначают судебную медико-социальную экспертизу в другом субъекте РФ. Измененных решений, как я уже говорил, в Петербурге (во всяком случае) немного: примерно три в год, но мы каждый раз детально анализируем измененные решения, ведь за решением стоит конкретный человек с его зачастую очень непростыми проблемами.

Irina Nakaznaya (Белгород) рассуждает: «Инвалидов было бы меньше, если бы инвалидность не продавали за деньги, как в нашем городе. Здесь уже есть инициатива властей не присваивать инвалидность даже тем, кто ее заслуживает. Развели коррупцию, а от этого страдают больные люди. Нужно всю эту систему перетрясти, перепроверить присвоение инвалидности и ее правомочности. Разобраться с коррупцией. А то получается, что здоровые люди пользуются инвалидными пенсиями, льготами».

Если у вас возникли какие-либо проблемы, связанные с установлением инвалидности, пожалуйста, не поленитесь обратитесь на телефон горячей линии, напишите на сайт региональной службы МСЭ.

Вениамин Перепелицин добавляет: «Большинство россиян в возрасте 70 и старше можно отнести к Инвалидам второй - третьей групп. Но получают инвалидность зачастую не те, что нуждается в дополнительных мерах поддержки, а за деньги и по блату. Они-то и терзают нашу и без того слабую медицину. Получив “группу” (слово инвалидность они не любят) ведут довольно расслабленный образ жизни. Через год начинают требовать от врачей госпитализации на 5-7 дней, иначе, кто же тебе даст инвалидность. В то же время деньги от инвалидов уходят к лжеинвалидам».

Виктория Недолуга (Волошина): «А как в отношении липовой инвалидности. Работать негде, покупают инвалидность, вместо зарплаты».

Александр Абросимов. Эти три обращения мне хотелось бы прокомментировать особо. Проблема коррупции была, есть и, наверное, будет иметь место, увы, пока существует человечество. Понятно, что это проблема социума, а не только службы медико-социальной экспертизы как таковой. Начинается с уровня амбулаторно-поликлинических учреждений. Бороться с этим необходимо. Как? Варианты возможны. Если же говорить об эффективности всевозможных мер, приходится признавать человеческий фактор и уровень экономических проблем общества.

Человек может быть не согласен с решением МСЭ и его обжаловать, но нет никакого смысла огульно обвинять экспертов в мздоимстве - это неприемлемо в цивилизованном обществе.

Читатели предлагают «все перетрясти», перепроверить степени инвалидности. Но при этом надо учитывать, что абсолютно здоровых людей нет. На прошлой неделе на приеме у меня была блокадница, которая принесла, возможно - из третьих, пятых уст, сведения о том, что первая группа инвалидности нескольких петербуржцев не соответствует действительности. «Проверьте», - сказала она. Можем, конечно, проверить, но о результатах ей при любом раскладе скажут только в общих чертах - «липа» эти подозрения или нет. Закона о врачебной тайне никто не отменял. Но по таким заявлениям - не анонимным, конечно, проверку проводим. В данном случае не подтвердились сведения даже о том, что эти люди - инвалиды первой группы.

Алевтина Фатеева (Великий Новгород) на чем свет стоит ругает экспертов МСЭ: «Они в состоянии купить всех: ортопедов, рентгенологов, судей, прокуроров, СК, хакеров и даже киллеров». Не помогают даже обращения в судебные инстанции. Но женщина продолжает требовать назначения экспертизы в соответствии с «Методикой обследования ортопедического больного», а заодно и настаивает на том, чтобы в МСЭ была введена видеозапись обследования. Рассказывает, что специалисты МСЭ Великого Новгорода назначили ей программу дополнительного обследования и якобы попытались выдать «заведомо ложные заключения». Далее автор комментария делает вывод о «круговой коррупционной поруке». Кроме того, ее возмутило малое количество измененных решений в практике петербургской МСЭ.

Александр Абросимов. Мы не приводим здесь всех элементарно некорректных высказываний. Человек может быть не согласен с решением МСЭ и его обжаловать, но нет никакого смысла огульно обвинять экспертов в мздоимстве - это неприемлемо в цивилизованном обществе. Не берусь осуждать все перипетии этого дела - не знаю, какие рентгеновские снимки и за какое время были сделаны, но, когда человек пишет о «заведомо ложных заключениях», должна быть доказательная база. Есть прокуратура, следственные органы, куда можно обратиться. Излагайте свою позицию, только будьте готовы это доказать. Точно знаю, что в других странах доктора, ознакомившись с таким публичным отзывом, коллективно наняли бы адвоката - и автору таких измышлений пришлось бы пожизненно платить им за клевету и моральный ущерб. Допускаю, что у человека наболело, не хочу сказать, что он абсолютно здоров, но это не значит, что можно бездоказательно чернить специалистов.

А что касается малого числа измененных решений, то считаю это хорошим признаком. К каждому обращению стараемся подходить с максимальной объективностью. Бывают ошибки, честно признаюсь в этом, но очень редко.

В любом случае - предоставляя услуги МСЭ, государство берет на себя определенные обязательства, и я считаю, что в ряде спорных случаев лучше решить вопрос в пользу пациента с позиций социальной ответственности за человека.

Материалы по теме
 
Человек города Человек города: Дарья, владелец небольшого салона красоты, 30 лет Планируете ли вы посмотреть фильм «Матильда»?
Комментарии
Яндекс.Метрика