Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ Депутаты попросили губернатора Петербурга 150 Га для кампуса СПбГУ спецпроект
Санкт-Петербург +3 погода в Петербурге
Доллар 75.45
Евро 90.03
Юань 1.15

Могильные плиты Присвирья и призрак Свирьлага

 Фото из архива Петра Васильева. Фото из архива Петра Васильева. Летопись Присвирья до сих пор дополняет забытыми фактами краевед и писатель Петр Васильев. В его архивах - и завещание смертельно раненого в Крыму земляка, и свидетельства узников Свирьлага - фабрики смерти сталинской эпохи, и снимки полузатопленных могильных плит на острове, образовавшемся из взорванной колокольни, - все, что осталось от деревни Остречины. Васильев - человек неудобный для тех, кому невыгодна правда, и нужный для тех, кто искренне любит эти края. О своих находках, тревогах и планах Петр рассказал в интервью ОК-информ

- Чем объясните свой интерес к истории Присвирья? 

- Интерес этот на роду написан: родился я в Лодейном Поле, на берегу рубежной реки Свири, северней которой издревле жили мои предки по материнской линии - карелы, а южнее - отцовские деды и прадеды, потомки летописной веси.

- На Свири в сталинское время находился Свирьлаг - лагерь особого назначения. Поскольку свидетельств об этом почти не осталось, иные утверждают, что его вообще не было. Что вы ответите тем, кто считает Свирьлаг «призраком»?

- Да этот «призрак» уже после официального закрытия убил честного человека - священослужителя Алексея Западалова, некогда отпевавшего великого поэта Александра Блока. Священника, который в 62 года выполнял нормы на рытье котлована для будущей ГЭС в Свирьстрое и валил деревья на лесоповале, но был расстрелян по доносу соседа по бараку за несломленную веру в торжество справедливости. Смертность в Свирьлаге была самой высокой среди лагерей сталинского времени, и мне бы очень хотелось, чтобы сомневающиеся посмотрели в глаза внукам и правнукам тысяч погибших узников, даже братские могилы которых оказались скрытыми на десятилетия.

- Там, где погибали узники, стоит поклонный крест. Это единственное свидетельство о том, что здесь находился лагерь?

- Известно, что несколько лагерных пунктов Свирьлага находились по берегам реки Важинки, на которых, по воспоминаниям выживших очевидцев, умирали многие заключенные. Указывалось место поблизости от старинной деревни Согинницы, в котором располагался лагерный лазарет. Умерших заключенных было так много, что их сбрасывали в ямы по несколько человек. Там мы в 2013 году решили установить мемориальную плиту и поклонный крест, у которого была отслужена панихида. И еще одно массовое захоронение заключенных мы обнаружили с помощью старожила и поисковиков на окраине Подпорожья. Там тоже состоялось, уже в 2016 году, богослужение. Планируем и в этом месте установить памятный знак.

- Будет ли создан музей жертв Свирьлага?

- Идея с музеем поначалу воспринимается многими с интересом, а потом вдруг появляются непреодолимые препятствия, не дающие партнерам начать строительство «непривычного» объекта. Очередной вариант я предложил владельцу чудом сохранившихся вагонов сталинского времени, в которых перевозили заключенных. Начальник ладожских ГЭС идею поддержал, но пока ссылается на занятость. А уникальные предметы Свирьлага так и лежат у меня на балконе. Они уже снимались для кино, даже журналистами центрального немецкого телевидения, экспонировались на выставке в художественной школе, но еще не дождались места, достойного памяти и общественного внимания.

- Какие из заветов дедов и прадедов, на ваш взгляд, наиболее актуальны сегодня?

- Буквально на днях прочитал завещание 1854 года смертельно раненного в Крыму нашего земляка. Он написал своим сыновьям, что краснеть за него не придется, и советует им жить так, чтобы не пришлось краснеть уже их детям, а деньги им завещает передать только в случае, если они станут честными офицерами. Из такой тщательно оберегаемой семейной репутации и складывалась духовная сила Отечества. А еще надо сохранять со своими детьми нить полного доверия и понимание того, что в любой ситуации, родители - самые близкие и верные люди, которые не предадут никогда, и быть таковыми.

- Много ли, на ваш взгляд, делается в регионе для того, чтобы сохранить коренное население - представителей малых народов?

- Откровенно? Не делается почти ничего. Праздники, книжки, видеоролики и даже обучающие медиапрограммы - только яркая оболочка, а последние носители культуры и языка, живущие в родных, оторванных от центров деревнях, не подозревают о том, какие большие средства тратятся на сохранение их исчезающего народа. Вот и хорошее начинание с досрочными пенсиями для вепсов, сохранивших традиционный уклад на родной земле, угробили под молчание областной и районной власти.

- Что для вас старая вепсская земля?

- Берега в верховьях главной вепсской реки Ояти, древние курганы по ее берегам, столетние дома без сайдинга и спутниковых антенн, деревенские кладбища с заросшими мхом и брусничником могилами, коровы с овцами за косой изгородью, сосновые боры и еловые пади с ручьями и родниками.

- Что прежде всего тревожит ваших земляков сегодня?

- В Год экологии не могу не напомнить про бедственное состояние реки Свири и ряда ее притоков. До сих пор современных и надежных очистных сооружений на канализационных стоках во всех населенных пунктах по берегам реки высшей рыбохозяйственной категории нет. Не отлажен жесткий контроль за проходящими по Свири теплоходами. Тревожит и ситуация с утилизацией твердых бытовых отходов в Подпорожском районе, а также застройки береговой полосы общедоступных водоемов. Не все гладко с использованием химикатов и складированием птичьего помета в водоохранной зоне. Продолжается отток молодежи и старение населения.

- В районных центрах, вероятно, ситуация лучше, чем в отдаленных деревнях?

- Да, жители отдаленных деревень страдают больше. Их беды усугубляются и похоронными хлопотами - до такой степени, что до кладбища санки с гробом вынуждены тянуть около километра по колено в снегу последние деревенские мужики. В Подпорожском районе в любое время могут остаться без надежной дороги, связывающей с районным центром, более 7 тысяч местных жителей - из-за аварийного состояния переезда через плотину Верхне-Свирской ГЭС, ведь новый мост могут начать строить лишь через несколько лет. В обоих районах людей не устраивает качество ремонта и обслуживания дорог, которые разваливаются через год после асфальтирования, хотя рядом без замены сохранился асфальт с сорокалетним стажем.

- Расскажите, пожалуйста, о планах по части краеведения и творчества…

- Завершаем с режиссером Евгенией Гореликовой работу над документальным фильмом «Долгое эхо Свирьлага» и все ищем продюсера для съемок художественного фильма «Омут» по моей повести о трагической любви на войне. С режиссером Александром Александровым планируем снять фильм про исчезнувших карелов Присвирья, ищу режиссера и средства на съемки фильма «Ленинградская Атлантида» - про затопленное село Ивину и его последних жителей. Работаю над трудным для меня краеведческим романом «Путь нойда», в котором хочу отразить немало тайн из истории Присвирья. А летом продолжу работу с археологами и поисковиками. Есть шанс сделать новые открытия, углубился в публикации девятнадцатого столетия про наш край и уже нашел много ранее неизвестного.

- Как давно и каким образом работаете над этим материалом?

- В Ленинградской области много мест, известных только рыбакам и охотникам. А есть деревни, вообще исчезнувшие с лица земли, точнее - спрятанные под водой. Населенные пункты Ивина и Остречины почти на границе с Карелией ушли на дно после войны, когда создавали Ивинское водохранилище. По плану ГОЭРЛО на Свири построили две ГЭС. Для них и нужно было затопить территории. Остались небольшие островки, которые хранят память о том, чего уже нет… По всему водохранилищу надгробия. Местный егерь, спасая плиты от рыбаков, долгое время складывал их у себя: из гранита получилась летопись ивинской земли. Сегодня о затопленных деревнях Остречины и Ивина напоминают поклонные кресты. Материалы для фильма «Ленинградская Атлантида» постепенно, по мере возможности, набираю. Бывал там с коллегами из НТВ, изучал полузатопленные могильные плиты на острове, образовавшемся из взорванной в Остречинах колокольни. Кое-что отыскал в Выборгском областном архиве и в старых публикациях девятнадцатого столетия.

- Чему посвящены ваши последние статьи, какие проблемы собираетесь поднимать в дальнейшем?

- Моя любимая тема - история, поэтому пишу о том, что удалось накопать в старых дореволюционных изданиях. Пишу о бедах своих земляков, чтобы публикации помогли им понять, что происходит. Раньше это называлось действенностью газетной строки. Радуюсь, что публикации в «Свирских берегах» вызывают нужную реакцию губернатора и местной власти. Внимательно слежу за строительством нового полигона для твердых бытовых отходов в Подпорожском районе, опасаясь, что он не будет безопасным для Свири. Хочу продолжить цикл публикаций о жизни глубинки.

- Говорят, в ваших краях скоро будет издана книга о некоем старом сказочнике…

- Да. Сейчас собираются материалы для издания книги с уникальным творческим наследием главного сказочника Приотья Дмитрия Владимировича Кораблева. Его записывал еще автор первой книги о Лодейном Поле Петр Михайлович Зайцев. Сказки красноборский рассказчик запоминал с детства - не только от родных, но и от соседей и деревенского пастуха Лариона Савельевича Голубева. Уже будучи старцем, пастух пересказывал будущему сказочнику народную историю про царя и солдата, услышанную им в начале девятнадцатого столетия. Сказку про богатыря Ивана Дядьковича ему рассказывал на купеческой делянке сосед Герасим Иванович Грачев, а сказку про Ивана-царевича и Ивана Машина пересказывала ему, убаюкивая, мама, Александра Ивановна Кораблева... Эту народную манеру повествования он перенял и сам говорил своим внукам уже в середине двадцатого века: «Не в некотором царстве, а в нашем государстве, на стороне оятской, в деревне Красный Бор...»

- Если бы вам предложили сформулировать главное для родных мест пожелание, что бы вы сказали?

- Чтобы добрые люди на свирских и оятских берегах радовались их вековой природной красоте и чистоте и не теряли веру, надежду и ощущение простого человеческого счастья.

Фото из архива Петра Васильева.

Материалы по теме
 
Человек города Человек города: Александр Луконин, историк-краевед, 35 лет Планируете ли вы посмотреть фильм «Матильда»?
Комментарии
Яндекс.Метрика